Летопись Эрдмара
Составлена Бориславом Седым, Хранителем Камня, 620-й год от Исхода
Составлена Бориславом Седым, Хранителем Камня, 620-й год от Исхода
Я пишу это не для славы и не для потомков. Я пишу, потому что кто-то должен. Память — единственное, что отличает нас от зверей. А забвение — первый шаг к повторению ошибок.
Если ты читаешь это, странник, — читай внимательно. Здесь нет выдумок. Только то, что я знаю, что слышал от тех, кому верю, и что видел своими глазами.
И да хватит тебе мудрости отличить знание от домысла.
Каждый народ Эрдмара хранит свою версию этой истории. Вальгардцы поют о ней долгими зимними вечерами. Дремлесы шепчут её у ночных костров. Горцы Каменного Трона вырезают её на стенах своих залов. Даже дворфы — молчаливые, замкнутые дворфы — кивают, когда слышат эти слова.
Все помнят одно: мы пришли с севера.
За Ледяным Морем, за туманом и льдами, лежит земля, откуда мы вышли. Наши деды называли её по-разному — Золотая Земля, Светлый Край, Первый Берег. Учёные используют слово Гиперборея — «земля за северным ветром».
Там было тепло. Там зеленели леса зимой и летом. Реки текли чистой водой. Небо светилось ночью мягким светом, и звёзды стояли так близко, что казалось — протяни руку и коснёшься. Земля давала урожай без труда, камень был послушен руке, и болезни не знали дороги к людским порогам.
Спросите старика из Дремлеса: «Деревья там пели. Не от ветра — сами». Спросите вальгардского морехода: «Море было тёплым. Представляешь?» Спросите горца: «Камень там сиял. Не как золото — как луна».
Все сходятся в одном: Гиперборея была раем. И в одном ещё: мы ушли оттуда.
Почему? Этого не помнит никто.
Вальгардские саги: «И пришла Тьма, которая не была ночью. И холод, который не был зимой. И предки сказали: уходим.»
Дремлесская легенда: «Лес замолчал. Впервые за все века — замолчал. И тогда мудрые поняли: земля больше не наша.»
Горцы Каменного Трона: «Камень закричал. Мы услышали. Мы ушли.»
Эльфы: «Мы не ушли. Нас выгнали. Но не враг. Земля сама.»
Что бы ни случилось — оно было достаточно страшным, чтобы целый народ покинул свой рай. Но Исход не был мгновением. Он длился десятилетия, возможно, поколения.
На Кромке Гипербореи мы нашли руины портов — огромных, с причалами на десятки судов. Наши предки были мореходами. Первые уходили организованно. Последние бежали.
Но кто-то дошёл. И ступил на южный берег. И назвал эту землю — Эрдмар. Земля за Морем.
Год Исхода — нулевой. Сейчас 620-й.
Первое столетие — время выживания. Эрдмар встретил беглецов не как мать — как мачеха. Густые леса, горы, скалистое побережье. Холод, который убил многих первой зимой.
Беглецы разбрелись. Не от ссор — от необходимости.
Кто-то ушёл в леса — Дремлес, «дрёма леса», лесная тишина. Кто-то поднялся в горы — Каменный Трон, шахтёры и каменщики. Кто-то двинулся на юг — Солоград, город соли, моряки и торговцы.
Кто-то остался на севере, у Ледяного Моря — Вальгард, по имени первого вождя, который стоял на берегу и сказал: «Мы вернёмся. Не сейчас. Но вернёмся».
И кто-то просто остался на побережье. Из них вырос Порт-Край — но до города было ещё пять веков.
Второе и третье столетия — время укоренения.
Дремлес научились читать лес. «Зелёный Корень протянулся к нам. Мы чтим его — он хранит нас».
Каменный Трон врастал в горы. «Горы живые. Жар Горна — вечный огонь в глубине — согревает камень изнутри».
Солоград расцветал торговлей. «Верь в попутный ветер и крепкий киль. И уважай Солёного Старца».
Вальгард крепчал. «Мёртвые родичи становятся ветром. Ветер несёт наши корабли».
А эльфы ушли. Тоньше. Чувствительнее. Живут дольше. И слышат то, чего не слышит никто. «Мы ищем Тишину. Мир слишком громкий. И не теми звуками».
В 270-м году от Исхода из-под земли вышли дворфы.
Невысокие, широкоплечие, бородатые. Щурились от дневного света. О себе рассказали охотно — подземный народ, жили в штольнях под горами.
Молчали о другом. «Почему вышли?» — молчание. «Что случилось внизу?» — молчание.
Один старейшина сказал три слова: «Глубоко — нельзя.»
С тех пор дворфы живут в предгорьях. Куют лучше всех в мире. Но не копают глубоко. Никогда.
Мы копали. Копали глубоко. Потом стало тихо. Совсем тихо. Молот бьёт — а звука нет. Голос кричит — а эхо не возвращается. Тишина ела звук. А потом из тишины пришли тени. Не тёмные — никакие. Не живые — но двигались. Мы ушли. Мы правильно ушли.
— Рунд Тихомолот, дворф-кузнец
Эльфов осталось мало. С каждым десятилетием — меньше.
Когда-то их было почти столько же, сколько людей. Высокие, тонкие, с глазами, в которых отражалось слишком много. Жили по три-четыре столетия.
Около 370 года они начали говорить о Шёпоте. Вечный гул в голове, который нельзя заглушить. Молодые рождались уже с ним. Некоторые не выдерживали — тихое, ползучее безумие. Поселения закрылись. Рождаемость упала.
Вы, люди, счастливые. Вы глухие. Мир кричит, а вы не слышите. Мы слышим. И я бы всё отдала, чтобы не слышать. Но без этого слуха мы — не мы.
— Тиала Тихая, эльфийка
В 470-м году через горные перевалы восточного Эрдмара пришли орки. Не нападали — бежали.
Крупнее людей, крепкие кости, кожа оливковая. Пришли из земель за горами, с далёкого северо-востока.
Пришла Тень. Не враг. Не зверь. Тень. Ночи стали длиннее. Звери ушли. Земля замёрзла — не от мороза, а как будто тепло кто-то забрал. Молодые начали видеть дурные сны — темнота, холод, и что-то огромное, неподвижное, стоящее во тьме.
Двадцать лет войн за территории. В 495-м — перемирие. Оркам — земли на востоке. Хрупкий мир, но он держится 120 лет.
Пятое столетие — расцвет. В центре всего — Порт-Край. Город из рыбацких посёлков. Удобная бухта. Перекрёсток путей. Единственное место, где все расы бок о бок.
Совет — семь человек. Не король — совет. «Один правитель может ошибиться. Семеро ошибаются реже».
Четыре района: Низы — порт, таверны, чёрный рынок. Средний город — мастерские, лавки, жильё. Совет — ратуша, стража, закон. Алхимический переулок — дым, странные запахи, зелья.
Вальгардцы зовут его Мёрзлой Глоткой. Солоградцы — Чёрной Водой. Эльфы просто качают головой.
Вода тёмная. Льды двигаются не по течению. Туман гасит звуки. И холод — не снаружи, а внутри.
В 565 году рыбак Торвик Солевой привёз кусок белого камня. Тяжёлый, холодный — и не нагревающийся. Камень отказывался принимать тепло.
Откуда?
580-й год. Три корабля. Шестьдесят человек. Дошли два. Третий пропал в тумане.
Белый берег. Скалы. Руины. Стены, колонны, арки — не человеческой работы. И старый вальгардский моряк произнёс:
«Гиперборея.»
Не золотая — белая. Не тёплая — ледяная. Не живая — мёртвая. Но она.
За сорок лет — десятки экспедиций. На Кромке ночью появляются Осколки — быстрые, тёмные, стайные.
В Серой Полосе — Бродящие. Силуэты восемь-пятнадцать метров. Нет лица. Медленно бродят. Иногда останавливаются — как будто пытаются что-то вспомнить.
В Белом Сердце — Столпы.
Колонны. Огромные. Тёмные. Пятьдесят метров. Сто. Двести. Живые. Подходишь ближе — тошнота, шёпот отовсюду, красные огни мигают на их телах. Как глаза. Сотни.
Там же — Наблюдатели. Неподвижные фигуры. Похожи на статуи. Живые. Один исследователь посмотрел слишком долго. Ослеп.
Мы зовём их Древними. Они были. Строили. Исчезли.
Здания из белого камня, без раствора. Потолки в семь метров. Стены в символах. В глубинах руин — Библиотеки. Тысячи каменных плит.
Их артефакты делают невозможное. Нож, который не тупится. Камень, который всегда тёплый. Фонарь без огня.
Наши предки пришли с Гипербореи. На Гиперборее — руины. Руины старше Исхода. Вывод напрашивается — но я оставлю его без слов.
620-й год. Гиперборея изменила всё. Артефакты текут рекой. Совет разрывается.
На Кромке — постоянные лагеря. Люди живут на земле ужаса ради заработка. Некоторые меняются. Бледнеют. Глядят в сторону Белого Сердца.
Искатели — секта, верящая в «вознесение» Древних. Лидер — Велимир, мой бывший ученик. Я сказал ему: «Ты читаешь то, что хочешь прочесть». Он ушёл.
Сущности появляются всё дальше от Белого Сердца. Оркский старейшина сказал:
Это она. Та же Тень. Вы нашли её источник. Мы бежали от неё. А вы поплыли ей навстречу.
Первое. Гиперборея — наша прародина. Руины Древних — руины наших предков.
Второе. На Гиперборее что-то не так с самим миром. Белый камень — состояние, из которого что-то забрали.
Третье. Кристаллы — ключ. Мост между тем, что мы видим, и тем, что не видим.
Четвёртое. Шёпот эльфов, Молчание дворфов и Тень орков — одно и то же.
Пятое. Дворфы пришли из-под земли. Тоннели идут на север.
Шестое. Столпы стоят тысячи лет. Они стоят на чём-то — или держат что-то.
Седьмое. Всё связано. Одна нить. Мы видим лишь обрывки.
Гиперборея зовёт. Артефактами, кристаллами, тайнами. Знанием.
Но помни: наши предки бежали оттуда. Они бросили рай. И назвали новую землю «Эрдмар» — Земля за Морем. Не «Новый Дом». Просто — Земля за Морем. Как будто главное было — что она за морем.
Когда кристаллы сияют и артефакты манят — помни, что однажды кто-то уже пошёл по этому пути. До конца. И нам достались лишь руины.
От Золотого Века до наших дней
Нажмите на точку, чтобы узнать больше
Перетаскивайте для вращения · Колёсико мыши для масштаба